Петербург теряет статус объекта всемирного наследия ЮНЕСКО?

Опубликовано

Рядом с историческими памятниками возводят уродливые торговые центры, а новостройки перекрывают вид на старинные усадьбы.

Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО на днях исключил из одноименного списка английский Ливерпуль, прославившийся как город мореходов и торговцев. Причина — необратимая утрата уникальных характеристик и застройки XVIII–XIX веков. Два года назад с теми же сомнениями в Петербург с проверками нагрянули ревизоры из ЮНЕСКО, чтобы разобраться, почему рядом с историческими памятниками возводят уродливые торговые центры, а новостройки перекрывают вид на старинные усадьбы.

Последний год Петербургу запомнился новыми войнами с градостроительной индустрией. «Газпром» угрожает застройкой Охтинскому мысу и мечтает возвести в городе 703-метровый «Лахта Центр 2», на Садовой могут снести флигели Воронцовского дворца, в Конюшенном ведомстве устроить общепит, а на Петроградке едва не появился огромный жилой комплекс, который нарекли «домом-гробом».

Удастся ли сохранить историческую ткань города и при этом сделать его удобным и комфортным для жителей? Почему власть идет на уступки бизнесу, позволяя возводить уродливые объекты в самом центре? Эти вопросы «Росбалт» не раз поднимал в рамках проекта «Гений места». На эту же тему на круглом столе портала MarketMedia «Развитие комфортной городской среды в центре Санкт-Петербурга» поговорили архитекторы, градозащитники и социологи.

Олег Паченков, социолог, директор центра прикладных исследований Европейского университета в Санкт-Петербурге:

«Петербуржцы не ощущают, что город принадлежит им, и дело не только в эстетике, отсутствия каких-то общественных пространств. Сколько бы таких пространств не было создано сверху вниз, они не дадут ощущения, что люди принимают участие в изменении города, в принятии решений о том, каким он будет. Петербургским властям давно пора выстроить грамотную стратегию развития города, работать с общественными пространствами системно и давать жителям реальные возможности участия в диалоге. Примитивной электронной демократии, когда люди из разных районов с помощью клика решают, кому первым благоустроят сквер, мало.

Город давно идет навстречу градостроительному бизнесу, при этом не понимая собственных интересов. Интересы бизнеса понятны: получить как можно больше денег с квадратного метра, но нужно задаться вопросом: а зачем это городу? Мантра про экономику и новые рабочие места уже не работает. Но у нас нет продуманной политики, нет ответов на вопросы, зачем и кому нужны очередные градостроительные объекты и какое они имеют отношение к созданию комфортной городской среды. Как правило качество жизни с их появлением еще и снижается, так как нагрузка на инфраструктуру возрастает».

Максим Атаянц, архитектор:

«Есть отличный критерий, позволяющий понять, нужен городу тот или иной объект или нет — что, если он попадет в кадр во время фотосъемки? Обычно люди пытаются сфотографироваться так, чтобы в кадр не попали припаркованные машины, велопарковки, провода, урны…

И прежде чем принимать решения о строительстве в городе, нужно разбираться, кому они будут выгодны. Есть пять категорий людей, на которых нужно ориентироваться: жители центра Петербурга, люди, которые приезжают в центр работать, жители окраин, которые приезжают в центр гулять, туристы и предприниматели в центре города. Дело в том, что у представителей этих групп разнонаправленные, а иногда и противоречащие друг другу представления о комфорте. И потому, когда мы развиваем городскую среду, нужно сначала определить, что такое комфорт и для кого мы его создаем, найти консенсус.

А еще важно понимать, в чем уникальность центра Петербурга — совокупность исторических зданий представляет большую ценность, чем отдельные дома. И это главный капитал города — художественная и градостроительная целостность, которая была куплена по самой высокой цене в истории человечества. В годы блокады город не сдали, и миллион людей погибли ради того, чтобы сохранить его в таком виде».

Олег Шляхтин, координатор комитета по инфраструктуре Северо-западной ассоциации развития велосипедной и пешеходной инфраструктуры «Пошли-поехали»:

«Петербуржец не чувствует себя в безопасности, потому что город захвачен автомобилями, и они носятся по ночам на дикой скорости. А пока каждый из нас не уверен в своей безопасности, город комфортным не будет. Северная столица должна стать более удобной для пешеходов и велосипедистов, тротуары пора расширить, добавить велодорожки. Все это можно сделать за счет сужения автополос, они у нас слишком широкие и провоцируют водителей превышать скорость.

Кроме того, человек должен быть уверен в том, за сколько времени он может добраться из точки А в точку Б, это важный критерий комфортной городской среды. Хороший пример — в преддверии парада ВМФ в центре Петербурга посреди дня развели мосты, и у людей возникают трудности с передвижением».

Василий Правдин, общественный деятель:

«Структура управляющих компаний в Петербурге сильно деградировала с советских времен, и никто ничего содержать больше не может. ЖКС, УК, псевдоТСЖ пора разгонять, они не работают. И нет над ними контроля ни со стороны администрации, ни со стороны жителей, у которых вообще нет прав.

Мы постоянно пишем на портал «Наш Санкт-Петербург», жалуемся депутатам, проводим митинги у Смольного, но взамен получаем пачки отписок и рекомендацию идти в суд или менять УК. Но результата в итоге ноль. И мы за свои деньги ремонтируем парадные, сажаем цветы, восстанавливаем исторические двери…

А власть не может обеспечить даже безопасность, чтобы штукатурка на горожан сверху не валилась. Чтобы голые высоковольтные провода не проходили по парадным лестницам, а правила коммунального хозяйства элементарно соблюдались. Вообще же культура идет от среды обитания. Если человек живет в «убитой» коммуналке — какой ему парк, какие общественные пространства? У него дома газом пахнет, и он взорваться может в любой момент».

Леонид Гарбар, вице-президент Федерации Рестораторов и Отельеров:

«Не только быт формирует сознание: если нет хозяина в городе, сложно сделать его комфортным и красивым. Для меня Ленинград давно исчез — вместе с небесной линией, с тротуарами и деревьями.

Но я считаю, что начинать нужно с себя. Если у тебя есть ресторан на Невском проспекте — ну помой ты кусочек улицы перед ним. На улице Рубинштейна 89 ресторанов, 62 из которых с лицензиями — а это, как минимум 62 дворника, которые не могут договориться между собой, чтобы справиться с 800 метрами улицы.

И вообще: почему в Хельсинки асфальт перед «Стокманом» чистый, а в Петербурге как для быдла?».

Виктория Шамликашвили, сопредседатель Комитета по Туризму Санкт-Петербургского Отделения Американской Торговой Палаты в России:

«Петербург сейчас некомфортен для жителей, хотя я верю, что у него сохраняется шанс стать третьим вечным городом после Иерусалима и Рима, потому что это самая большая неизменная застройка XVIII–XIX века в мире.

Но в городе большая проблема с коммуникацией, так как даже органы городской власти не общаются друг с другом. Позавчера комитет по туризму анонсировал сбор идей по восстановлению зданий в городе, и мы спросили у них: а вы говорили уже с комитетом по инвестициям, с КГИОПом на эту тему? А они и не думали.

Я замечаю, что в Петербурге есть снобизм интеллектуальный и снобизм нувориша. Первый, эксперт, заявляет, мол: «Вы не понимаете, что и как строить, вам „двойка“»! А второй, который за все заплатил, требует вспомнить об этом и помалкивать.

Но всем надо научиться разговаривать. Власть тоже можно понять — у нее цель удержать то, что уже есть, и лучший выход — не делать ничего. А еще ей нужно регулярно отчитываться, и градостроительная отрасль со своими проектами — хороший повод для праздничных реляций».

Александр Кречмер, историк архитектуры, член Совета Санкт-Петербургского регионального отделения НК ИКОМОС, РФ и член Президиума СПбГО ВООПИиК:

«В СССР Петербург считался культурным и научным промышленным центром России. Сейчас у него остается только статус ЮНЕСКО. Но получили мы его не из-за великолепия Зимнего дворца и Исаакиевского собора — похожие есть и в Европе. Мы ценны не ансамблями Росси, а тем, что являемся единственным городом, который после Великой Отечественной войны сохранил центр со своей исторической тканью.

Ее сейчас пытаются уничтожить и добить очередным небоскребом «Газпрома». Я выступаю за запрет уплотниловки, многоэтажной застройки и сноса исторических зданий, потому что на этом месте моментально возникает очередной жилой комплекс.

Город сегодня захвачен градостроительной индустрией, и если мы не будем ей противостоять, то потеряем ту крошечную зеленую составляющую, что осталась.

Сегодня у нас идет настоящая война в судах. Так, сейчас защитники города судятся за Манеж лейб-гвардии Финляндского полка. В советские годы никто не додумался сносить их, здание идеально приспособили под хлебозавод, что является примером тактичной работы с историческими постройками. Сейчас же собственник доказывает, что объект перестроен, и он вообще ненастоящий. И мы можем потерять и его, как и Большой Проспект Васильевского острова, который в советские годы был самым зеленым бульваром в городе».

Не жмись, лайкни!!!

Похожие новости:

Рубрика: Политика

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подробнее в Политика
Кто ответит за Россию перед ее народом?

В любой компании или организации директор юридически и фактически отвечает за всё,  в том...

Валентин Катасонов: Президенты – борцы с вакцинацией умирают. Кто следующий?

Лидеры государств, сопротивляющиеся всеобщей вакцинации, уходят из жизни в совершенно не подходящем для этого...

Долги россиян за ЖКХ готовятся передать коллекторам

Коммунальные службы несколько лет пытаются добиться права продавать долги россиян по ЖКХ коллекторским агентствам....

Закрыть